Читайте также
Косточки на ногах
Пескоструйная обработка

Чего хотят живые пни?

пеньки

По лесным регионам России путешествуют два "живых пня". Согласно легенде, их родиной является уссурийская тайга, оставшаяся без надежной государственной охраны, беззастенчиво разоряемая "черными лесорубами" и безответственными лесопользователями, гибнущая от лесных пожаров и палов сухой травы. "Живые пни" уже побывали в самых разных регионах страны — в Алтайском крае, Республике Алтай, Иркутской, Новосибирской, Ленинградской, Тверской, Ярославской и Московской областях. Везде они увидели если не точно такой же, как у себя на родине, то, во всяком случае, очень похожий беспорядок — и нигде не смогли найти лесную охрану, способную ему противостоять.

Сегодня, наконец, оба пня прибыли в Москву, встретились друг с другом неподалеку от Кремля, и отправились на экскурсию по городу — посмотреть на те органы государственной власти, которые вроде бы должны отвечать за качество лесного законодательства и за сбережение лесов. Пни собираются искать правду: куда же делась государственная лесная охрана, кто виноват в ее исчезновении, что надо сделать, чтобы она опять вернулась в наши леса.

Если людям не удается "достучаться" до власти и добиться от нее принятия незамедлительных мер по восстановлению государственной лесной охраны и развитию нормального лесного хозяйства — может быть, хотя бы у пней получится. Возможно, пни найдут общий язык с теми представителями власти, которые разрабатывали, принимали и внедряли новый Лесной кодекс, уничтожали лесную охрану и лесное хозяйство, и смогут пробудить в них если не совесть, то хотя бы чуточку здравого смысла…

Пни совершают прогулку вокруг Государственной Думы — той самой, которая три года назад приняла Лесной кодекс, уничтоживший государственную лесную охрану, приведший к разрушению системы государственного управления лесами, резкому росту незаконных рубок и других правонарушений в лесах, потере сотен тысяч рабочих мест в сельской местности, и в целом к глубокому упадку лесного хозяйства.

Изображение
Пни знакомятся с Министерством сельского хозяйства, отвечающим за выработку государственной политики и нормативно-правовое регулирование в лесной области. Пням пока не удалось установить, существует ли какая бы то ни было государственная лесная политика, и не смогли своим деревянным умом вникнуть в суть нормативно-правового регулирования лесных отношений. Решили, что им надо будет разобраться в этих вопросах, и вернуться к Минсельхозу еще разок.

Изображение
Пни осматривают Федеральное агентство лесного хозяйства, отвечающее за реализацию государственной политики в области управления лесами. Пни, в силу своей деревянности, не смогли толком разобраться, за что именно сейчас отвечает Федеральное агентство лесного хозяйства, и решили, что надо будет потом спросить у знающих людей.

Изображение
Один из пней знакомится с достижениями Управления лесного хозяйства по Московской области и Москве (Мослесхоза). Пень стоит в середине восьмого квартала Хлебниковского участкового лесничества, входящего в лесопарковый защитный пояс Москвы. Вокруг — участки лесопарка, предоставленные для застройки коттеджами с использованием разных лазеек в новом лесном законодательстве (через предоставление лесов в аренду для рекреационной деятельности или через включение участков в глубине леса в состав земель населенных пунктов). Пень хоть и не силен в арифметике, но насчитал в одном только этом квартале 11 различных зданий, в основном — замков и коттеджей.

Изображение
Один из пней рассказывает жителям Санкт-Петербурга и журналистам о том, какой беспорядок воцарился в лесах страны после принятия нового лесного законодательства, и как плохо лесам жить, когда в них нет государственной лесной охраны, зато черных лесорубов (а также белых, серых и всяких прочих) — немерено.

Изображение
Пень, разгуливая по зеленым зонам в лесах Ленинградской области, пытается понять, что именно имели в виду авторы Лесного кодекса, написавшие, что леса подлежат охране от загрязнения.

Изображение
Пень знакомится с опытом проведения добровольно-выборочных рубок в заказниках Алтайского края. Пень наивно думал, что выборочная рубка — это рубка, при которой хотя бы часть деревьев остается не срубленной, а добровольно-выборочная — это та, при которой остаются расти лучшие деревья. Добровольно-выборочные рубки в заказниках Алтайского края сильно изменили представления Пня о том, как устроено лесное хозяйство.

Изображение
Пень бродит по улицам Новосибирска и знакомится с новогодней сосной. Пень с грустью читает рекламные надписи "Нефть — это наше все", и мечтает о том светлом будущем, когда на плакатах и заборах будут писать "Лес — это наше все".

Изображение
Пень в ужасе от "сплошной санитарной рубки" в Тверской области. Он уверен — лес, который здесь срубили, был абсолютно здоров (ему ли, пню, не знать, чем отличается здоровый лес от больного). Но на столбиках по краям делянки четко написано — рубка сплошная санитарная.

Изображение
Пень знакомится с опытом санитарных рубок в кедровниках и ухода за лесами в Республике Алтай. Пень никак не может понять, каким образом спиливание самых крупных и самых здоровых кедров способствует оздоровлению лесов. Пень также поначалу не мог понять, что означает в подобных случаях слово "уход", но потом кто-то из встреченных местных жителей ему объяснил, что вырубленная кедровая древесина уходит в Китай, а те, кто ее вырубил, уходят от ответственности — отсюда и пошло название "рубка ухода".

Изображение
Пень лежит в штабеле кедровых бревен, вырубленных в лесах Горного Алтая. Пень пытается понять, как такое может быть — что в лесах проводятся "санитарные рубки" и "рубки ухода", но при них заготавливается только самая крупная отборная древесина без каких-либо признаков болезни.

Изображение
Пень пристает с вопросами к ведущему пресс-конференции в Областной газете (Иркутская область), руководителю лесного отдела Гринпис России А.Ю.Ярошенко, и пытается выяснить, откуда в лесах завелся бардак и где в России лесу жить хорошо. Пень не верит, что от нового Лесного кодекса плохо стало всем и везде — говорит, что такой закон могли сочинить только его собратья-пни, а люди, насколько ему известно, должны бы вроде быть поумнее.

Изображение
Пень знакомится с тем, как организована охрана лесов от загрязнения на острове Ольхон (озеро Байкал). У пня возникает подозрение, что на самом деле охрана лесов от загрязнения не организована никак.

Изображение
Пень знакомится с тем, как организована охрана лесов от пожаров в Иркутской области. Он знает, что очень много лесных пожаров возникает от палов сухой травы на прилегающих к лесу землях. Пень недоумевает, почему правительство России, приняв новые Правила пожарной безопасности в лесах, разрешило выжигание сухой травы "под наблюдением" (пень понимает, что слова "под наблюдением" в реальности ничего не значат — поджигай, и наблюдай, как лес от горящей травы занимается). У пня закрадывается мысль, что правительство просто очень не любит лес, и втайне мечтает, чтобы он побыстрее сгорел.


..Следующая страница->